Наши статьи

[RT9540]

Женя, спасибо за подробный разбор. Да скорость исполнения меня поразила и ты  очерь хорошо подметил что она играет именно литургию.
Если у тебя есть интерес я могу создать и кинуть тебе торрент на образы этих дисков.   Как я понимаю это всё в public domain более 50 лет.

 

[Штальбург]

12 часов назад, RT9540 сказал:

Женя, спасибо за подробный разбор. Да скорость исполнения меня поразила и ты  очерь хорошо подметил что она играет именно литургию.
Если у тебя есть интерес я могу создать и кинуть тебе торрент на образы этих дисков.   Как я понимаю это всё в public domain более 50 лет.

Миша, спасибо большое! Но не буду тебя напрягать. Я в последнее время стал ужасно ленивым в плане цифры. Отвык уже возиться с образами, монтировать диски, торренты качать. Сейчас в таком завале, что страюсь не накапливать цифровые архивы. Все равно не слушаю. Хочется послушать - достаю винил) Но за предложение спасибо.

[Штальбург]

19 часов назад, RT9540 сказал:

но ты упоминал медленного Афанасьева

Вот тут ещё одна тонкая вещь. Да, и Афанасьев и Юдина играют очень медленно. Но их «медленность» совершенно разная по природе. У Юдиной Бах - проповедь, ей нужно донести дух и букву Закона, поэтому она медленно артикулирует религиозный текст, время линейно и эсхатологично. Я бы назвал это теологической медленностью. Афанасьев - скептик, фанат Беккета, экзистенциалист. У него Бах - блуждание в лабиринте, и он замедляется, потому что как бы сомневается, а стоит ли вообще играть следующую ноту. И часто проваливается в пустоту, справшивая «а там в этой темноте вообще есть ли кто-то?» Он будто впоминает забытый текст, зависает на слове, забывает, что дальше, молчит, потом шепчет...Я бы назвал это такой философско-энтропийной медленностью. А Юдина чеканит каждое слово, у нее молитва, нужно чтобы до сердца каждого дошло. Поэтому Афанасьев возможно будет тебя гипнотизировать, может усыплять, если не попадешь на его волну. А Юдина всегда давит авторитетом. Короче, послушай обоих и разберись сам с разными типами «медленности». Надеюсь, это будет увлекательно. 

 

[Пешеход]

1 минуту назад, Штальбург сказал:

Надеюсь, это будет увлекательно.

Однозначно! Еще более увлекательно летать на качелях от того, о чем уважаемый Штальбург написал выше, к музыке, воплощенной в политональностях и калейдоскопической смене размеров и темпов (Лигети, Заппа). Настоящий контрастный душ, который освежает чрезвычайно. 

[Штальбург]

10 минут назад, Пешеход сказал:

Однозначно! Еще более увлекательно летать на качелях от того, о чем уважаемый Штальбург написал выше, к музыке, воплощенной в политональностях и калейдоскопической смене размеров и темпов (Лигети, Заппа). Настоящий контрастный душ, который освежает чрезвычайно. 

Ну, прыжок от Юдиной к Заппе или Лигети - не просто смена пластинки. Я так понял Вашу реплику. Когда слушаешь Юдину или Афанасьева, то находишься в точке сингулярности. Всматриваешься в ноту, в звук. А у Лигети или Заппы попадаешь в центрифугу, гравитация отключается, начинается перегруз. Здесь уже не нота, а поток, сверхскоростная обработка данных.. Мозг затек на Юдиной, а потом вместе с Заппой бежит спринт с препятствиями. Да, удовольствие, понимаю.. Ну, и долго находится в Юдиной и Афанасьеве опасно - можно впасть в меланхолию, ребята подгружают. А у Заппы или у Лигети - сарказм, троллинг...Слушать их после Афанасьева, как выйти с панихиды на американские горки. Проветривает чердак основательно. 

[Пешеход]

56 минут назад, Штальбург сказал:

А у Заппы или у Лигети - сарказм, троллинг.

Ну не прям только... Лигети люблю за созерцательность. Заппу - за умение совмещать несовместимое так, что все становится понятным.

[Штальбург]

2 часа назад, Пешеход сказал:

Лигети люблю за созерцательность

 

А Lontano для оркестра слышали? Для меня - абсолютная вершина его созерцательности. А из фортепиано - Фортепианный этюд № 2 Cordes a vide. Очень нежная, печальная и прозрачная музыка. Ощущение, что смотришь на дождь через стекло. Это, пожалуй, самый «человечный» из его созерцательных опусов. Ну а Lux Aeterna все знают из Космической Одиссеи.

 

 

 

[Пешеход]

Только что, Штальбург сказал:

 

А Lontano для оркестра слышали? Для меня - абсолютная вершина его созерцательности. А из фортепиано - Фортепианный этюд № 2 Cordes a vide. Очень нежная, печальная и прозрачная музыка. Ощущение, что вы смотрите на дождь через стекло. Это, пожалуй, самый «человечный» из его созерцательных опусов.

 

 

Да, да. Именно. Хотя и Полифония Сан-Франциско, к примеру, для меня из той же области. У каждого это своё, личное.

[RT9540]

24 minutes ago, Пешеход said:

Да, да. Именно. Хотя и Полифония Сан-Франциско, к примеру, для меня из той же области. У каждого это своё, личное.

Если я не ошибаюсь Вы осуждаете этот альбом.

[Пешеход]

1 час назад, RT9540 сказал:

Если я не ошибаюсь Вы осуждаете этот альбом.

1. Не осуждаю.

2. Не открывается.

В свое время я собрал практически всё, что выпускали c Лигети на Wergo и BIS. Там были повторы, поэтому не могу дать точную ссылку на издание. 

[RT9540]

45 minutes ago, Пешеход said:

1. Не осуждаю.

2. Не открывается.

В свое время я собрал практически всё, что выпускали c Лигети на Wergo и BIS. Там были повторы, поэтому не могу дать точную ссылку на издание. 

Я хотел сказать "обсуждаете".
А вот так.  Даже скорее не альбом а издание.

[Пешеход]

Такую обложку не помню у себя. Значит не всё скупил тогда.

[RT9540]

Заинтересовала запись Рихтера в Иннбруке. Звук версии от JVC звучит очень прилично.
Нашёл упоминания что JVC не имела прав на эту запись  и тираж был довольно скромным.  Китайская версия прямая копия JVC.
Из любопыства взял DVD-A от Parnassus Records. 
Послушал пока только 4-й и 8-й трэки из первой части. Довольно приличная запись LPCM 48KHz

https://www.discogs.com/release/14401379-Bach-Sviatoslav-Richter-The-Well-Tempered-Clavier-Books-I-II-Live-Performance-From-Innsbruck-July-Au

 У Parnassus Records оказывается одно время был даже свой саблейбл специализирушийся на записях Рихтера в 50-х.
https://www.discogs.com/label/1412494-Sviatoslav-Richter-In-The-1950s

[Штальбург]

11 часов назад, RT9540 сказал:

Нашёл упоминания что JVC не имела прав на эту запись  и тираж был довольно скромным. 

Да, именно так. Там Parnassus в описании релиза прямо пишет, что запись выпустили в Японии вскоре после смерти Рихтера, но через несколько недель выяснилось, что контракт был мошенническим, и издание фактически свернули. И, кстати, 10-сидишная серия памяти тоже была быстро удалена из каталога из-за проблем с контрактом. 

11 часов назад, RT9540 сказал:

Китайская версия прямая копия JVC.

А вот здесь непонятно. Прямая копия бывает в двух смыслах. Либо тот же цифровой мастер (тот же источник) или бит-в-бит идентичный клон (то есть пиратка). На форумах говорили, что этот самый Poloarts просто перепаковал тот самый JVC после снятия того по юр. причинам. Но неясно: это бит-идентичная копия именно твоего JVC-прессинга или нет.

Иннсбрукский ХТК, по сути, единственный полный живой цикл Рихтера, сыгранный в церкви Вильтен. Причем он сам довёл ХТК до «полного» только в 1973-м и делал это совсем нечасто, поскольку делил оба тома на четыре концертные программы. Если сразу включил 4 и 8 в первой книге, то в до-диез миноре Рихтер обычно хорош тем, что не делает из прелюдии слезливую исповедь, но и не сушит до этюда. Держит линию так, будто это медленное движение симфонии. И вообще Рихтеру сильно идёт церковная акустика. 

[RT9540]

9 hours ago, Штальбург said:

Да, именно так. Там Parnassus в описании релиза прямо пишет, что запись выпустили в Японии вскоре после смерти Рихтера, но через несколько недель выяснилось, что контракт был мошенническим, и издание фактически свернули. И, кстати, 10-сидишная серия памяти тоже была быстро удалена из каталога из-за проблем с контрактом. 

А вот здесь непонятно. Прямая копия бывает в двух смыслах. Либо тот же цифровой мастер (тот же источник) или бит-в-бит идентичный клон (то есть пиратка). На форумах говорили, что этот самый Poloarts просто перепаковал тот самый JVC после снятия того по юр. причинам. Но неясно: это бит-идентичная копия именно твоего JVC-прессинга или нет.

Иннсбрукский ХТК, по сути, единственный полный живой цикл Рихтера, сыгранный в церкви Вильтен. Причем он сам довёл ХТК до «полного» только в 1973-м и делал это совсем нечасто, поскольку делил оба тома на четыре концертные программы. Если сразу включил 4 и 8 в первой книге, то в до-диез миноре Рихтер обычно хорош тем, что не делает из прелюдии слезливую исповедь, но и не сушит до этюда. Держит линию так, будто это медленное движение симфонии. И вообще Рихтеру сильно идёт церковная акустика. 

 

Я читал что китайский релиз копия бит в бит. Я не уверен что они получили её напрямую от JVC но диск выпущен после 50 лет и по японским правилам запись стала public domain. Так что теоретически они могли что то лицезировать то Poloarts. У меня к сожалению нет JVC,  и китайский релиз тоже довольно неожиданно дорогой. (Нужно осваивать TaoBao)
Для желающих ознакомиться с описанием релиза от Parnassus ссылка на английском. 
https://www.parnassusrecords.com/our-own-cds/sviatoslav-richter-cds/sviatoslav-richter-bach-the-well-tempered-clavier-live-innsbruck-1973/
Довольно интересно что они уже судились с Richter's  estate из за записей 50-х и выграли дело.
https://www.parnassusrecords.com/our-own-cds/parnassus-wins-legal-victory/
Только что заметил у них так же есть DVD с записью его концертов.

[Штальбург]

Дорогие одноклубники!

В мире, который все чаще срывается на крик и диссонанс, я желаю вам в 2026 году сохранить внутреннюю кантилену: способность вести свою мелодию плавно и связно, несмотря на внешний шум. Пусть ваша жизнь не подчиняется стуку метронома, а дышит свободным рубато, где находится время остановиться и вздохнуть полной грудью.

Желаю, чтобы ваше туше было мягким и чутким по отношению к любимым, но уверенным, когда приходит пора взять сложный аккорд судьбы. Пусть в вашей личной партитуре будет меньше суетливых пассажей и больше осмысленных, долгих нот, которые, как у Рахманинова, берут за душу и не отпускают.

Пусть педаль продлевает только мгновения счастья, обогащая их обертонами, а драматические паузы оказываются красноречивой тишиной перед грандиозным финалом. Желаю вам баховской ясности ума, моцартовской легкости в решениях и шопеновской нежности в чувствах. 

С Новым годом! 

[Пешеход]

Прокофьевского остроумия и Рахманиновского полёта!

[Dmitry©]

Для поднятия темы и продолжения разговора. На просторах торговых площадок попался вот такой релиз.

Первая запись полного цикла фортепианного Равеля, 1951-й год.

Технически конечно не идеал, моно и всё такое. Но вот исполнение. Что-то есть в этих записях середины прошлого века, другой взгляд на мир, другое существование и течение времени, когда никто не пытается что-то кому-то доказать и указать. Нет, разумеется интонации и эмоции есть, и вполне значимые, но вот вместе с ними и какая-то спокойная уверенность, точность, антипоказушность, не знаю даже как правильно сформулировать.

Залип на на несколько дней с перерывами.

Сейчас так не играют.

 

PS

В стримингах эта запись есть.

[Штальбург]

3 часа назад, Dmitry© сказал:

Нет, разумеется интонации и эмоции есть, и вполне значимые, но вот вместе с ними и какая-то спокойная уверенность, точность, антипоказушность, не знаю даже как правильно сформулировать.

Ну, в общем, все так и есть...

Про уверенность

Смотрите, тут штука вот в чем. В 51-м году у пианиста в студии не было права на ошибку. Запись шла на ленту, и нарезать её на мелкие кусочки, было почти невозможно. И психология была другая. Сел за рояль - выдай всю вещь целиком от и до. Казадезю понимал, что, если где-то проскочит фальшивая нота - да и черт с ней, ерунда. Главное удержать общую линию, не дать развалиться форме. Отсюда и берется эта свобода дыхания. А сегодня запись - конструктор. Сегодня пианист знает, что любой кикс вырежут, каждый такт можно переписать хоть сто раз. И неосознанно начинает вылизывать каждый сантиметр текста. И тут вроде парадокс, типа если знаешь, что можно переписать, расслабься и играй в свое удовольствие...А всё наоборот. Пианист понимает, что, если сыграет грязновато, режиссеру придется сделать сотни склеек. А каждая склейка - риск, что нарушится естественный резонанс струн или акустический шлейф. Поэтому он пытается выдать максимально чистый дубль, чтобы было меньше правок. Ведь когда ты знаешь, что можешь переписать любой такт, ты перестаешь «проживать» вещь как нечто единое. Начинаешь думать фрагментами типа «так, этот пассаж сейчас выдам идеально, а если на следующем споткнусь - не страшно, переделаю». В итоге внимание сужается до этого самого фрагментарного вылизывания. И вместо того, чтобы лететь по произведению, он зациклен на деталях. У Казадезю же мы слышим ту самую длинную горизонталь. Он не тормозит перед каждым красивым аккордом, чтобы им успели полюбоваться. Спокойно ведет фразу мощными пластами к большой цели, без временных разрывов. И пока современные ребята пытаются раскрасить каждый такт всеми цветами радуги, Казадезю показывает саму конструкцию Равеля. Именно поэтому его Равель и звучит так уверенно и по-настоящему.

Про антипоказушность

Ну, тоже...Казадезю был апологетом игры от пальцев при почти неподвижном корпусе. Вот это и создавало ту самую антипоказушность: звук рождался не из пафосного жеста, а из безупречной артикуляции. Дело в том, что когда пианист играет всем телом, то использует его инерцию. Но звук становится более мясистым, тяжелым, и, главное, управление этим звуком идет от крупных мышц плеча и спины. У Казадезю всё было наоборот. Работают только пальцы. Поскольку корпус не давит на клавиши, звук получается кристально чистым и легким. Возникает ощущение благородной сдержанности. Пальцевая игра, в пианизме французской школы, что называлась жемчужной игрой, позволяет играть невероятно четко. Каждый звук отделен от другого словно бусинка. При раскачивании корпуса добиться такой ювелирной точности почти невозможно, ибо телесная инерция мешает мелкой моторике. Поэтому при такой технике ты не можешь схалтурить, добавив пафосного жеста там, где у тебя не хватает пальцевой беглости. Если пассаж звучит круто - ну значит, это реально отработанная пальцевая техника, а не весовой навал. Здесь и проявляется антипоказушность в чистом виде. Казадезю просто сидит и делает свою работу как хирург. Ему не нужны спецэффекты, потому что его пальцы и так справляются с любым вызовом Равеля. Это, знаете, как разница между актером, который кричит и рвет на себе рубаху, чтобы изобразить горе, и актером, который просто стоит и смотрит в одну точку так, что у тебя мурашки по коже. Вот Казадезю - это как раз-таки второй вариант.

Про точность

Вы говорите о точности, но технически современные лауреаты конкурса Шопена или Чайковского играют чище. Точность Казадезю - не в отсутствии промахов, а в архитектонике. Он идеально выстраивает баланс между регистрами, что в моно создать в разы сложнее. Почему? В современном стерео у звукорежа и пианиста есть воздух. Мы слышим, вот низкие ноты гудят где-то слева, верха справа, а педальное эхо в глубине сцены. Само пространство помогает разделять звуки. А в моно всё это вылетает из одной точки. И, к примеру, басы очень легко съедают остальное. Если ты хоть чуть-чуть пережмешь левой рукой, она превратится в гулкое пятно, заваливающее и мелодию, и середину. А вот Казадезю выстраивает баланс так здорово, что бас звучит объёмно, но прозрачно. Дает опору, не мешая дышать верхам. И поскольку у него нет возможности развести звуки вправо-влево, он разводит их силой нажатия и тембром. Играет аккомпанемент чуть мягче и суше, а мелодию - чуть ярче и певучее. В итоге в одной точке создается слоеный пирог. Чётко слышно, что у него си-бемоль звучит в одном тембре, аккордовая ткань - в другом, а мелодические линии - в третьем. Это требует огромного, я бы сказал колоссального, контроля над весом каждого пальца. Это делается исключительно пальцами, а не техникой записи. Нынешние пианисты зачастую создают объем педалью, но в моно это гиблое дело, потому что педаль превращает моно в грязь. Казадезю держит верха кристально чистыми за счет той самой пальцевой техники. Поэтому его точность состоит как раз-таки в умении сделать так, чтобы в единой звуковой куче каждая нота имела свой вес и не перекрикивала соседнюю.

Что еще..про сейчас так не играют.

Да, не играют. Тогда исполнитель считал себя скромным слугой автора, просто верил, что Равель уже сам всё заложил в ноты: и эмоции, и колорит, и структуру. Не надо ничего раскрашивать. А Казадезю еще и другом был Равеля, принадлежал традиции. Не хотел, чтобы ты смотрел на него, а хотел, чтобы слышали Равеля. А сейчас рынок требует личного бренда. Пианист должен «интерпретировать», «удивлять», «самовыражаться», чтобы выделиться в море одинаково техничных записей. Музыканты начинают искусственно добавлять лишние эмоции и пафосные жесты. Тем самым ставят себя над музыкой и сообщают «вот, мол, смотрите, как я тонко это чувствую, как необычно я здесь замедлил темп». Просто навязывают свой эмоциональный фильтр, что и превращается в ту самую показушность. А та самая спокойная, дворянская уверенность Казадезю в условиях нынешнего маркетинга не выжила бы.